Три светильника в интерьере Колоннады

Интерьер Колоннады освещают три светильника: два фонаря и люстра. Неизвестно, были они там размещены последними владельцами, или приспособлены для освещения данного интерьера уже в музейное время. Для возведения храма-усыпальницы в честь святителя Николая был приглашён видный русский архитектор Р.И.Клейн (1858-1924). На чертежах мастер «исторических» стилей запечатлён только архитектурный облик, декор и росписи, изображения светильников отсутствуют.

Люстра по конструкции представляет собой стержень с шестью свечниками, на каждом из которых закреплена масляная карсельская лампа. Лампа такой конструкции была разработана ещё в 1840-х годах швейцарским мастером Б.Г.Карселем. Он снабдил масляную лампу часовым механизмом, который приводил в движение поршень, нагнетавший масло из резервуара в горелку. Свет карсельской лампы отличался бóльшей яркостью и равномерностью горения, во французской шкале мер она была принята за единицу света. Среди масляных ламп карсельская считалась самой совершенной по конструкции.

В конце XIX века люстра размещалась в Амуровой, одном из парадных залов южной анфилады Дворца. На фотографиях того времени хорошо видны ламповые стёкла, увеличивавшие тягу воздуха и силу горения, и шарообразные колпаки молочного стекла.

К 1917 году в Амуровую была помещена другая люстра - свечная, с цветным стеклом и хрустальным убором. Люстру с карсельскими лампами переместили в другое помещение, возможно, в Колоннаду: по форме она схожа с церковным паникадилом и вполне могла занять его место в интерьере.

В конце 1960-х годов Колоннада была передана музею, и с тех пор люстра там находится неизменно. К этому времени её переделали с масляного освещения на электрическое. Из карсельских ламп был полностью убран механизм, в полые резервуары заведен провод, в горелки вмонтированы патроны для электрических лампочек. Шарообразные колпаки заменили плафонами цилиндрической формы с раструбом.

На одной оси с люстрой расположены два фонаря: у входа и в алтарной части.

Фонари изначально были сделаны под электрическое освещение. Их привезли в Архангельское ещё при владельцах, после устройства в усадьбе электрической подстанции.

Конструкция их очень интересна: в бронзовый каркас вставлен цельный плафон матового стекла колоколообразной формы. Верхнюю часть каркаса закрывает металлическая полусфера с четырьмя отверстиями, которые закрываются круглыми заглушками. С внутренней стороны каждой заглушки прикреплён патрон с электрической лампочкой, с внешней к ней подведён провод.

Люстра и фонари выполнены на российских производствах, карсельские лампы - во Франции, патроны и электрические лампочки - в Западной Европе.


Фото 1‒2 ‒ Люстра масляная, бронзовая, на 6 карсельских ламп.
Россия. Вторая половина XIX века.
бронза, стекло матовое; литье

Фото 3‒5 ‒ Фонарь электрический, подвесной, на 4 электрические лампочки.
Россия. Рубеж XIX-XX века
бронза, стекло матовое; литье.


"Фонари—старины отголоски…

…Ажур из света и теней…"

Парадный вход в Большой дом усадьбы украшают четыре фонаря. Они были размещены в простенках над дверями при последних владельцах усадьбы. Фотографии конца XIX—начала ХХ века среди торжеств и повседневной жизни запечатлели и эти светильники, украшавшие вход в дневное время и освещавшие его в ночное.

Верх фонарей декорирован «короной» из листьев аканта, низ—пиниевой шишкой, тулово украшено ажурным орнаментом из растительных завитков, розеток и пальметт. При помощи серьги фонари повешены на кованые кронштейны.

Фонари с кронштейнами смотрятся настолько гармонично, что не сразу становятся заметны различия между ними: фонари отлиты из бронзы, кронштейны выкованы из железа. Фонари выполнены в эпоху неоклассицизма конца XIX века, их декор сух и строг, кронштейны - в последней четверти XVIII века: форма их образуется двумя S-образными завитками, по которым свободно вьётся виноградная лоза, уложены мягкими изгибами листья аканта, а конструктивные узлы скрыты лёгкими «юбочками» из лепестков и двумя розетками.

Столетие разделяет две составляющие одного предмета. Изначально на кронштейнах были закреплены или свечные, или масляные фонари. После появления электричества и нарастающего его внедрения в повседневный быт, в 1893 году в Архангельском была устроена собственная электростанция. Одни светильники начали приспосабливать под проводку и лампы накаливания, другие—заменять электрическими аналогами. Так на кронштейнах конца XVIII века были размещены электрические фонари.

Фонари прослужили почти столетие, от постоянного пребывания на улице их состояние сохранности неизменно ухудшалось. К началу нынешнего века предметы требовали срочной реставрации.

В 2008 году фонари с кронштейнами были переданы в мастерские «Центрреставрация» профессионалам своего дела, реставраторам по металлу—Сергею Николаевичу Уланову, Игорю Алексеевичу Балашову, Рите Петровне Галкиной. Предметы необходимо было очистить от загрязнений, демонтировать детали, расчистить поверхность до первоначального слоя, удалить доделки от предыдущих реставрационных работ, исправить деформации, восполнить утраты. Большой сложностью стало изготовление взамен утраченных новых стёкол нужной толщины и формы. Самые большие трудности вызвала реставрация кронштейнов: листья аканта и розетки были изъедены ржавчиной настолько, что их поверхность напоминала сито, отдельные фрагменты декоративных элементов были безвозвратно утрачены. Мастера предложили единственно возможное решение: восполнить утраченные фрагменты из листового металла по сохранившимся образцам с последующей механической отделкой, после чего детали растительного декора с обеих сторон покрыть полудой и спаять с новыми фрагментами с образованием изначальной формы элемента и сохранением необходимой прочности. В местах скопления влаги были сделаны специальные дренажные отверстия, после чего предметы покрыли консервационным составом и нанесли декоративное покрытие. Реставрационные работы заняли девять месяцев.

Благодаря реставраторам фасад Дворца (Большого дома), как и сто лет назад, украшают фонари, неизменно привлекая внимание изяществом деталей, оттеняя кружевом декора строгость и лаконичность архитектурных форм